Мастерица виноватых взоров, Маленьких держательница встреч, Усмирён мужской опасный норов, Не звучит утопленница-речь.
Маком бровки мечен путь опасный. Что же мне, как янычару, люб Этот крошечный, летуче-красный, Этот жалкий полумесяц губ?..
Не серчай, моя ты дорогая: Я с тобой в глухой мешок зашьюсь, Твои речи тёмные глотая, За тебя кривой воды напьюсь.
Наша нежность — гибнущим подмога, Надо смерть предупредить — уснуть. Я стою у твёрдого порога. Уходи, уйди, ещё побудь.